Именно эти два фактора отделяют истин­ное мастерство от нарочито неприменимого эк­зотического иллюзионизма, дань которому от­дают не только приверженцы восточных спосо­бов совершенствования, но и многие современ­ные последователи "русского" рукопашного боя. Например, мне доводилось слышать мнение, что самая "русская" реакция на опасность — это небыстрый расслабленный кувырок в сторону, который тоже нужно делать "по-русски". С моей точки зрения, такое поведение в кризисной си­туации может быть свойственно только психи­чески очень нездоровым людям, которых можно только по-человечески пожалеть. Все бы ничего, но эти приверженцы "всего русского" примитивностью своего мышления и совершен­нейшей неспособностью к нормальной мужской драке постоянно дискредитируют русский ру­копашный бой. Привыкнув к тому, что "русский стиль — это когда пляшут или кувыркаются", потенци­альные бойцы русского рукопашного боя ока­зываются в числе почитателей зарекомендовав­ших себя, точнее, разрекламированных систем, где бойцы реально могут проявить свои талан­ты. Любовь к восточным направлениям и их гибридам с западной традицией (типа кикбоксинга) вполне объяснима. Эти виды демонстри­руют явный навык, эффект от которого очеви­ден, а вот кувырками пока никого одолеть не удалось.